[Max Fluder]

Один из нападавших увидел выбежавшую из церкви матушку Галину, но убить ее не успел – перезаряжал ружье. Галина, которая принимается рыдать навзрыд, когда вспоминает об этом, поняла, что не может добежать до дома, где остались дети, и кинулась в трапезную. Нападавший побежал за ней, стреляя по стеклянным дверям. Галина спустилась в подвал, террорист внутрь заходить не стал. Галина и отец Сергий уверены, что именно "намоленный" подвал спас женщину от гибели: именно здесь проходили службы во время чеченских войн. Тем временем Серафим выбежал из дома посмотреть, что происходит, за ним вышла и Катя. Отец Сергий, увидевший их в алтарное окно, крикнул им, чтобы немедля вернулись домой – дети послушались.

Владимир Горский, погибший при нападении на церковь Архангела Михаила в Грозном

Артему Вшикову, зашедшему перед тренировкой по боксу проведать своего приятеля, 55-летнего Сергея, повезло меньше. Увидев боевиков, он вскрикнул "Ни хрена себе!" и побежал за гостевой дом, в котором живут Сергей и Георгий Петрович. "Я ему кричу: "Ты куда? Там тупик! – вспоминает Сергей. – А потом слышу оттуда "Аллах акбар". Я знаю, что они это кричат, когда побеждают или когда умирают. Умирать там ему не от чего было, значит, Артем попался".

Результаты судмедэкспертизы на момент написания статьи были недоступны, но, судя по словам отца Сергия и Сергея, Артему сначала выстрелили в плечо, а потом зарезали его. "У него все руки были изрезаны, прямо кости торчали", – рассказывает Сергей. По его словам, Артему было около сорока, он приехал в Грозный из Узбекистана – искал каких-то пропавших родственников, размещал объявления, но никого не нашел и собирался уже уезжать из Чечни: в Узбекистане у него осталась мать, в Москве – сестра. По благословению владыки Варлаама, он будет похоронен возле храма.

Сам Сергей, единственный выживший гражданский свидетель, оказавшийся в момент нападения во дворе, тоже попал в Грозный случайно. По его словам, его опоили и выкрали из Санкт-Петербурга, а потом продали в Чечне в рабство на ферму в Курчалоевском районе к каким-то "большим людям", имена которых он называть боится. По прибытию его сразу избили, отобрали телефон и деньги, на его глазах сожгли в буржуйке паспорт. Он, впрочем, отказывался работать, и его сначала били, а потом решили, что, раз деньги уплачены, надо извлечь хоть какую-то пользу, так что авили его следить за стадом. Потом у его хозяев случился какой-то конфликт, и они уехали с фермы, увезя других рабов и сняв охрану. Сергей остался один, решил не упускать свой шанс и проехал 60 километров до Грозного на велосипеде. "Сижу в парке 4 марта, устал, ноги болят, грязный весь, думаю, что делать дальше. Поворачиваюсь, смотрю – купола". Сергея пустили пожить при храме, за что он помогает настоятелю по хозяйству. Он, впрочем, мечтает как-то добраться до Питера, но боится, что его остановят на первом же блоку и вернут на ферму: за ним уже приезжали сотрудники чеченской полиции, которых не пропустила охрана храма.

Согласно официальной версии, четверо преступников были ликвидированы прибывшим на место спецотрядом: кадры с вооруженными до зубов военными, осторожно заходящими на территорию храма, были тут же показаны по центральным каналам (на одном из них сотрудник бережно выносит грудную Сашу). Однако, как утверждают очевидцы нападения, это было ановкой: террористы были убиты сотрудниками полиции, дежурившими у храма, к приезду спецгруппы бой уже закончился. "Они начали тут красиво выбивать двери ногами под камеры", – улыбается Сергей. "Я открыл им [центральную] дверь [храма], они сразу: "Руки вверх!" – и крадутся, – рассказывает Георгий Петрович, сверкая золотыми зубами и показывая, как именно крались сотрудники. – Чего там красться, говорю, тут одни женщины! Где вы раньше были?"

Вопросы вызывает как количество нападавших, так и их намерения. Источники "Ъ" рассказали, что нападение якобы изначально готовилось на республиканскую администрацию, однако террористы отказались от этой идеи из-за усиленной охраны объекта. Тот же "Ъ" пишет, что в Грозном ожидали теракта 19-го числа, но не знали, где он случится, а потом бдительная полиция заметила и "настигла" нападавших в находящемся рядом с храмом Цветочном парке (в котором в день подготовки материала вообще не было ни души). Это не соответствует действительности, теракт был полным сюрпризом для охраны храма. При этом отец Сергий уверен – атака готовилась заранее: нападавшие точно знали расположение зданий на подворье и сразу распределились по всей территории. Кроме того, они специально выбрали время, когда у церкви было максимально много народу, и лишь немного опоздали: минут за 10 до нападения от храма уехал целый автобус туристов.

По словам священника, какие-то молодые люди приходили за несколько дней до теракта и расспрашивали служащих о назначении находящихся на территории зданий. Дом, который им (ошибочно) указали как дом священника, был обстрелян из автомата. Именно эта автоматная очередь указывает на то, что нападавших было больше четырех: судя по пулевым отверстиям в невысокой ограде и в стенах дома, стреляли с улицы – этого не мог сделать никто из четверых, находившихся во дворе. В самой церкви также выбито одно из окон со стороны улицы. Впрочем, по словам одного из свидетелей, попросившего не называть его имени, судя по его беседам со следователем, тот собирается "гнуть свою линию": нападавших было четверо и все они уничтожены.

Уничтоженные террористы, напавшие на церковь Архангела Михаила в Грозном, 19 мая 2018 года

Собеседницы Радио Свобода утверждают, что все эти годы не чувствовали никакого давления со стороны соседей-чеченцев: жили дружно и "не лезли со своим уставом в чужой монастырь". Только 64-летняя Вера говорит, что здесь нужно уметь за себя оять: "Напряженность появилась, когда их начали подселять в 1960-х, – рассказывает она. – Сначала их немного было, а потом все больше, и они такие агрессивные были, огороды стали занимать, пришлось оставлять им огороды". Вера вспоминает, что напряженность достигла накала ко второй чеченской войне, она работала тогда в нефтегазовой отрасли, и даже ее коллеги иногда советовали ей "уезжать в свою Россию".

Вера, впрочем, не робкого десятка: "Я ему говорю, тебе, сука, паспорт показать? И матом на него. Езжай сам в свой Казахстан, где ты родился, а это моя земля, мой дед здесь похоронен! И вот слухи потом на работе – своя, своя, местная, не трогайте ее. И знаете, мы тогда не боялись, мы на "Минутку" ходили вещи разные собирать, жрать-то надо было что-то. Я в войну не боялась, а вот сейчас чего-то боюсь… Даже сами чечены говорят: вот когда Рамзан уйдет, будет большая кровь". Пока, видимо, удалось отделаться малой.